Чт, 23 Мая, 2019
Липецк: +21° $ 64.54 71.97

Прощальный привет

Катя ХОДАКОВСКАЯ. | 26.08.2017

Нам, «ключиковцам», всегда грустно отпускать юных журналистов во взрослую жизнь. Мы привыкаем к их весёлым материалам. К постоянным визитам в редакцию, которые наполняют кабинеты смехом и разговорами. Но время летит незаметно. И вот пришла пора говорить «До свиданья!» Кате Ходаковской. Летом она поступила в Воронежский государственный университет на факультет журналистики. С чем мы её искренне поздравляем. Кате тоже грустно расставаться с «Ключиком». Поэтому она прислала нам прощальный привет. И, конечно, мы решили его опубликовать.

СОВЕТ КЛАССИКА

Великий русский писатель Антон Павлович Чехов советовал: «Если не о чем писать, то и пишите об этом». И однажды, когда меня настиг творческий кризис, я воспользовалась мудрым советом классика.

Кризис навалился всей своей тяжестью. Я и пяти слов не могла связать на бумаге, которая терпеливо ждала чернил.

«Наверное, это усталость, – думалось мне. – Или влияние грядущих экзаменов». Так или иначе, я превращалась в наследницу Ильи Обломова. Лежала на диване и, задрав ноги на стенку, смотрела в телевизор или на потолок. Писать, конечно, пыталась. Каждый день садилась за стол, открывала тетрадь. И спустя час закрывала.

Через два дня, когда стало ясно, что самостоятельно не справиться, я принялась ждать музу. Мне казалось, она вот-вот прилетит и подтолкнёт мои мысли в нужное русло. Но муза не торопилась. А без неё как искать вдохновение?

На четвёртый день я вспомнила, что многие великие поэты и прозаики находили вдохновение в природе. И собралась на прогулку. Увы... Погода не располагала к размышлению. А свежего воздуха в городе днём с огнём не найти. Я прошлась по аллеям, посмотрела на голубей, которые что-то ворковали друг другу. И поняла: нет вдохновения на улице.

Мне стало так плохо, что я заплакала. Но слёзы не помогли. Тогда я легла поспать. Но и сны оказались печальными и серыми, словно творческий кризис поглотил их. В голове опять закрутилась мысль: «Что же написать? О чём?» Но ответы на эти вопросы не находились.

На шестой день я снова села за стол. Открыла тетрадь. И вдруг в голове вспыхнула какая-то мысль! Словно искра, она подожгла костёр моего воображения. Слова начали прыгать на бумагу: «Великий русский писатель Антон Павлович Чехов...» Больше я ни на что не отвлекалась. Творческий кризис миновал.

ТРУД - ВСЕМУ ГОЛОВА

Моя сестра Таня лежала на диване.

– Ну, Ка-ать, – лениво тянула она. – Ну, мне ску-учно!

И я совершенно не могла её понять. У этой девчонки наступили такие долгожданные, такие длинные летние каникулы. А она проснулась около полудня. И сделала вывод, что ей нечем заняться. В то время как я старалась объять необъятное, повторяя перед ЕГЭ школьную программу по английскому языку.

– Сейчас умру! – серьёзно сообщила сестра, хлопая длинными ресницами, и добавила: – От скуки, конечно.

Это заявление показалось мне таким нелепым, что я прыснула от смеха. Ну как можно умирать от скуки, когда тебе двенадцать лет, а впереди целое лето? Сестра же была другого мнения. За две недели каникул она успела нагуляться с подругами, покататься на всех аттракционах в парке, сходить в кино. К тому же Таня профессионально занимается плаванием. Каждый день у неё проходят тренировки. Она отдыхает лишь один день в неделю. И надо же было случиться, что именно в её выходной мы остались наедине...

– Ладно, собирайся, – я решила немного проветриться, а заодно помочь сестре. – Пойдём на велосипедах кататься.

Но Таня вздохнула:

– Не могу. Сил нет.

На следующий день я ушла рано, когда сестра ещё спала. Сдав английский язык, я вернулась домой в добром расположении духа. Дверь открыла Таня. Но это была совсем другая девочка. Непохожая на ту, которая безучастно лежала на диване. Теперь она взахлёб рассказывала о том, что произошло, не давая мне переступить порог квартиры.

– Представляешь, у меня сегодня практика в школе началась! Я так наработалась. Цветы полила, помогла мальчишкам вынести мусор. Мне аж целых два плюса поставили! А ещё мы с Ксюшей в бассейн успели. И я курсовку быстрее всех проплыла. Ох, как же долго ты сдавала экзамен!

Она выплеснула всё, что накопилось у неё внутри, и, наконец, впустила меня домой. Я вошла и едва не споткнулась о велосипед.

– Я наших железных коней с балкона достала и вымыла. Пойдём кататься?

Конечно, я согласилась! Непоседливая Таня нравилась мне куда больше.

КУДА ПРОПАЛ ЕГОР?

Я начинала нервничать. С минуты на минуту нужно было идти на лекцию всем отрядом, а Егора не было. И зачем я отпустила этого непослушного ребёнка в киоск за мороженым?

– Катя, твой отряд готов? – спросила начальник нашего лагеря «Комсомольский».

– Да, почти, – промямлила я.

Ребята в самом деле давно собрались. Оставалось найти лишь Егора.

Я в сотый раз набрала его номер телефона. И в сотый раз услышала гудки. «Ну, погоди у меня!» – подумала я. Как вдруг услышала в трубке знакомый голос:

– О, Кать, привет! Ты что-то хотела?

Меня поразила его беспечность. Но я быстро взяла себя в руки:

– Ты где?

– Да тут рядом.

– Быстро беги сюда! – сурово приказала я, но в ответ услышала:

– Всё, пока. Некогда говорить.

Егор оставил меня в глубоком недоумении. Ну как такое понимать? Тринадцатилетний ребёнок бродит неизвестно где, и непонятно, когда вернётся!

Я снова позвонила Егору.

– Что ты вытворяешь? – раздражённо спросила я.

– Ну... Я это... Некогда мне, вот что! – торопливо сообщил Егор и опять отключился.

Мне ничего не оставалось, как идти искать своего баламута. Я металась по лагерю, пытаясь высмотреть взъерошенную чёлку и яркий зелёный рюкзак в толпе детей. Внезапно мой телефон зазвонил. «Егор неуёмный ребёнок» – высветилось на экране.

– Катя, прости меня, пожалуйста, – начал мальчишка. – Я не знаю, как тебе объяснить...

– Да что случилось? Говори быстрей! – потребовала я, замирая от страха.

– Я это... на крыше «Стремительного»!

Не знаю, как я не упала в обморок от этих слов. «Какой из меня вожатый, – подумала я, – если мой ребёнок сейчас на крыше соседнего лагеря?» А вопрос «Как он там очутился?» по сей день не даёт мне покоя.

– Зачем ты туда залез? – спросила я, наконец, дрожащим от волнения голосом.

Егор помолчал, придумывая ответ. И выдал:

– Тебя хотел удивить.

– Быстро иди сюда! – рявкнула я.

И, повесив трубку, рассмеялась. Злиться на Егора уже не хотелось. И, конечно, я не стала говорить, что удивить меня сложно. Особенно после того, как я увидела свою фамилию в списке тех, кого зачислили на факультет журналистики Воронежского государственного университета. После чего, собрав за считанные минуты вещи, помчалась на вокзал. Путь мой лежал во Всероссийский детский центр «Орлёнок», где несколько лет подряд я работала вожатой.

 

Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных