Сб, 25 Мая, 2019
Липецк: +17° $ 64.49 71.84

"Лапотник" Вася

Софья Милютинская | 12.05.2009

Зверь подходил не спеша. Весь долгий зимний день он следовал за мальчиком и теперь был уверен в его бессилии. Замёрзший, уставший, мальчик напоминал кочан капусты. Одежды на нём было много, но вся с чужого плеча и дырявая – муку просеивать можно. А на ногах лапти. В такую стужу в валенках замёрзнешь, а этот в лыко обут!

Вася тоскливо смотрел на чёрный силуэт зверя. В манной каше зимнего вечера он чётко видел лишь глаза – они были совсем близко. Слышал шумное дыхание. «Не успел, – подумал Вася. – Кабы не заблудился, спас бы своих. А теперь – всё. Эх, лапотник!..»

В голове завертелась карусель, отсчитывая назад драгоценное время, словно киноленту. В памяти, как кадры из фильма, вспыхивают картинки из прошлого...

Вчера

Мать одевает его, натягивает всю одежду, что есть в доме: блузку старшей сестры Аннушки, отцовский пиджак, дедову телогрейку. На дворе мороз лютый, а мальчишке бежать по лесу не один километр. Но валенок, даже дырявых, в их доме нет. Вася обматывает ноги шерстяными тряпками, обувает лапти. Он плёл их не себе, а на взрослую ногу, но тем лучше – больше тряпок намотать можно, теплее будет. В мешок мать суёт ещё пять пар лаптей, что успел сплести Вася.

– Огородами пробирайся, сынок! – шепчет мать. – Дорогу до партизан знаешь. Передашь, что Кобзев полицаем стал. Они ведь другого подозревают, истины не знают! Домой пока не возвращайся, не то убьют. Живи у партизан, они позволят.

– А ты, мама? – спрашивает Вася.

– Ничего, ничего! Сейчас главное – передать сведения о предателе. Иначе весь отряд накроют фашисты. Ну, беги!

Мать торопливо целует сына, крепко прижимает его к груди. И Вася даже через свои «капустные листья» чувствует, как сильно бьётся материнское сердце.

Он изо всех сил бежит из деревни Казаки. И только спустя несколько часов догадывается о том, что маму фашисты расстреляют, как только узнают о его побеге. Она это предвидела, но спасла жизнь сына…

Позавчера

Не спеша, с толком, плетёт Вася лапти. На левой руке у него не хватает трёх пальцев, кисть красная, распухшая. Пальцы он сам отрубил топором, когда угонял скот. Пришла весть о том, что фашисты близко, нужно спасать хозяйство. Васе поручили собрать колхозное стадо и вместе с пастухом увести в другую деревню.

Коров мальчик выгнал из загона быстро. А телят держали около стены, плотно законопаченной соломой. Здесь было самое тёплое место, и даже в лютый мороз сохранялось тепло. Вася хотел отвязать телят, но те испугались, сбились в кучу. Попытался выдернуть из земли колья, но они вмёрзли намертво. Тогда он вгорячах схватил топор и нечаянно рубанул по руке. Она мгновенно окрасилась кровью, всё тело словно пронзила раскалённая игла. Вася с ужасом посмотрел на руку: трёх пальцев не было. Превозмогая боль, почти теряя сознание, мальчик всё-таки выгнал телят из загона и вместе с пастухом довёл их до ближайшего села. Потом вернулся домой. Почти неделю лежал в горячке. А несколько дней назад пришёл в себя и снова стал плести лапти…

– Вася, сынок!

Мама быстро захлопнула дверь и зашептала:

– Кобзев в полицаи подался! Тебя ищет. Говорит, на днях видел у тебя семь пар новых лаптей. А вчера, мол, ни одной не осталось. Спрашивает, кому ты их отдал.

Противный липкий кисель разлился в Васиной душе. Лапти он сплёл для партизанского отряда, что расположился неподалёку от их села Казаки, занятого немцами. Хоть и зима на дворе, да сапоги у многих партизан развалились. А лапти на них обуешь – форму будут держать. И скользить по глубокому снегу удобно, почти как на лыжах.

Семь пар лаптей успел сплести Вася за четыре дня, и мама отнесла их в лес, к партизанам. И за вчерашний день – ещё пять. Но теперь Кобзев обо всём догадался…

Начало войны

Девятый день войны. На фронт ушли отец и старшая сестра Аня. А на двадцать третий день войны на отца пришла похоронка. К ней его боевые товарищи приложили письмо, которое он не успел отправить: «Дорогие мои! Фашист – лютый зверь. Крошит нас, рвётся вперёд. Но мы не сдадимся. Всю кровь, силы свои отдадим, но не пустим фрицев в Москву! Вчера мы стреляли из окопов, смотрю – рядом со мной, совсем близко, птичье гнездо. Чибис на нём сидит, крылышками домишко свой прикрыл. Снаряды рвутся, люди гибнут, смерть кругом, а птаха гнездо защищает! И мы вас защитим, родные! Помогайте фронту, чем можете, трудно здесь приходится…».

Незадолго до войны отец научил Васю плести лапти. Вот и подумал теперь мальчик, что смог бы таким образом помочь бойцам. Ведь в лаптях-то воевать удобнее, чем в сапогах. Лёгкие они и ноге русского человека привычные.

Дело пошло хорошо. Вася плёл лапти и отправлял на фронт. Наступила зима – и оказалось, что даже в это снежное время Васина обувь пригодилась солдатам…

Вера и истина

Обессиленный и опустошённый сидел Вася на снегу. Без страха смотрел в глаза зверю и ждал смерти. Но умирать не хотел. Ведь он не сообщил партизанам о предателе, не узнал, что стало с мамой, не отдал лапти. Он даже не мог понять, какой зверь перед ним – волк или одичавшая собака.

Словно свечи, сверкнули глаза в темноте. И мальчик вспомнил: фонарик! У него в кармане есть фонарик – последняя памятка от отца. Его прислали вместе с похоронкой.

Осторожно, медленно мальчик вытащил из кармана подарок отца. Включил – яркий луч света, словно ножом, разрезал темноту. Чёрный контур превратился в волка. Зверь, ослеплённый светом, теперь не видел Васю, но Вася видел его очень хорошо. И знал, что, если фонарик не погаснет, он спасётся. Почему-то на миг показалось, что рядом отец. И пока горит свет, папа бережёт своего сына, оказавшегося в глухом лесу, в лаптях, один на один с голодным зверем.

…Ещё несколько часов мальчик искал дорогу к партизанам. И всё это время не переставал держать волка «на мушке».

Подарок отца помог. Вася нашёл партизанский отряд и передал сведения. Мама не ошиблась: в отряде предателем считали другого человека. Командир, Анатолий Иванович Козлов, сначала не поверил мальчику, решил, что тот просто перепутал фамилии.

– Но я говорю правду! – горячо воскликнул Вася.

– Правда разная бывает, – улыбнулся Анатолий Иванович.

– Да. Но истина – всегда одна! Так мама говорила.

До самого последнего дня

До весны 1942 года Вася Попов жил в партизанском отряде. После освобождения родного села вернулся домой. Узнал, что маму расстреляли в тот же день, когда обнаружили его побег. Стал жить один, а после Победы вернулась с фронта сестра Анна.

Много лет Василий Игнатьевич работал трактористом в селе Вторые Тербуны, а потом вернулся в родное село Казаки Елецкого района. Несколько месяцев не дожил до 64-й годовщины Великой Победы. И до самого последнего дня плёл лапти. Дарил их односельчанам.

Село Вторые Тербуны Тербунского района – село Казаки Елецкого района

Эту фотографию подарил Васе командир партизанского отряда Анатолий Иванович Козлов.

Эту фотографию подарил Васе командир партизанского отряда Анатолий Иванович Козлов.

Василий Игнатьевич с сестрой Аней.

Василий Игнатьевич с сестрой Аней.

Эту фотографию подарил Васе командир партизанского отряда Анатолий Иванович Козлов. Василий Игнатьевич с сестрой Аней.
Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных